laertan (laertan) wrote,
laertan
laertan

Categories:

О Варшавском восстании (длиннотекст)

Перво-наперво нужно заметить, что актуальность данной темы, как ни странно, с годами не снижается. В 2017-м году г-н Д. Трамп во время визита в Польшу сообщил: «Летом 1944 года нацистская и советская армии готовились к ужасной и кровавой битве прямо здесь, в Варшаве. Среди этого ада на земле граждане Польши поднялись, чтобы защитить свою родину... Более 150 тыс. поляков погибли во время этой отчаянной борьбы за свержение угнетения... С другой стороны реки советские вооруженные силы остановились и ждали. Они наблюдали, как нацисты безжалостно уничтожали город, злобно убивая мужчин, женщин и детей». (ссылка)

Политики - люди громкой фразы, требовать от них ссылок на источники в общем-то бесполезно. Но если уж в решении актуальных международных вопросов поднимают из могил призраки участников Варшавского восстания, неплохо бы разобраться в этом событии, и в роли советской стороны, благо документы по теме богато опубликованы.

Остановимся ненадолго на историческом контексте советско-польских отношений. После поражения в 1939-м буржуазное руководство Польши, бежавшее из своей страны в Румынию, последовательно переехало во Францию, а после её поражения - в Великобританию. В 1939-м году эмигрантами была издана "Анжерская декларация", в рамках которой Германия расценивалась как главный противник Польши, но констатировалось "де-факто" действующее состояние войны с СССР. После начала Великой Отечественной Войны дипломатические отношения между польским эмигрантским правительством и Советами были восстановлены, 30 июля 1941 г. подписан договор, помимо прочего, содержащий пункт: "Оба правительства взаимно обязуются оказывать друг другу всякого рода помощь и поддержку в настоящей войне против гитлеровской Германии." Идя дальше, 4 декабря 1941 г. стороны подписали декларацию о дружбе и взаимной помощи, пункт 2 которой гласил: «Осуществляя договор, заключенный 30 июля 1941 г., оба правительства окажут друг другу во время войны полную военную помощь, а войска Польской Республики, расположенные на территории Советского Союза, будут вести войну с немецкими разбойниками рука об руку с советскими войсками». В самом деле, в 1941-1942-х годах на территории Советского Союза из польского контингента была сформирована так называемая армия Андерса - несколько дивизий, вооружённых и обмундированных на деньги союзников (в частности, СССР истратил на эти цели около 69 млн. рублей, тысячи винтовок, тонны продовольствия - в самые страшные для нашей страны месяцы). При этом на просьбы советской стороны об отправке этих войск на советско-германский фронт поляки последовательно давали крючкотворские ответы, под надуманными предлогами отказываясь помогать советским частям. Закончилась эта печальная клоунада тем, что в июле-сентябре 1942 года армия Андерса в количестве ~75 тыс. солдат и офицеров была переброшена в Иран (поскольку там тепло и не стреляют - а значит, Родину освобождать намного сподручнее). В апреле 1943 г. поляки поддержали немецкую версию событий в Катыни, в связи с чем советской стороной были разорваны дипломатические отношения с эмигрантским правительством. В октябре 1943 г. генерал Коморовский (будущий военный руководитель восстания) заявлял: "Мы не можем допустить до восстания в то время, когда Германия всё ещё держит Восточный фронт и защищает нас с той стороны. В данном случае ослабление Германии как раз не в наших интересах. Кроме того, я вижу угрозу в лице России… Чем дальше находится русская армия, тем лучше для нас. Из этого вытекает логическое заключение, что мы не можем вызвать восстание против Германии до тех пор, пока она держит русский фронт, а тем самым и русских вдали от нас. Кроме того, мы должны быть подготовлены к тому, чтобы оказать вооружённое сопротивление русским войскам, выступающим на территорию Польши". В соответствии с описанной парадигмой был составлен план "Буря", предусматривающий захват крупных населённых пунктов в момент отступления из них немцев, но до прихода Красной Армии. В январе 1944 г. АК предприняла первую попытку реализовать план "Буря": 27-й Волынской дивизии пехоты АК (6,5 тыс. бойцов) было приказано, «как бы опережая советские войска», занять Ковель и Владимир-Волынский. После того как польские войска вступили в контакт с советскими, Ставка ВГК допустила боевое сотрудничество с ними на условиях военного подчинения польской дивизии советскому командованию: «Двоевластия в военном деле быть не может. Дивизия может иметь связь с кем угодно, Соснковским или с кем другим, но в своих действиях она должна подчиняться приказам Красной Армии». Командование АК на это не согласилось, сотрудничество было отвергнуто, а 27-я Волынская дивизия по большей части оказалась разбита в боях с немцами. В дальнейшем отряды Армии Крайовой разоружались частями Красной Армии. И вот в конце июля части 2-й Танковой армии подходят к Варшаве...

Политические (и военные?) цели восстания

14 июля генерал Коморовский, обосновывая необходимость восстания, заявлял: да, восстание будет лишь «вооруженной демонстрацией», «ничтожной по результатам вооруженной борьбой» и не приведет к военным успехам, но его смысл не в этом: "Предоставив Советам минимальную военную помощь, я создам им, однако, политическую трудность. АК подчеркивает волю Народа к независимости. Это вынуждает Советы ломать нашу волю и создает им трудности в разрушении наших стремлений. Я отдаю себе отчет, что наша легализация может угрожать уничтожением наиболее идейного элемента в Польше, но такого уничтожения Советы не смогут совершать скрытно и произойдет насилие, что может вызвать протест дружественных нам союзников".

22 июля следует развитие этих идей в виде следующей программы:
Нашим решением должно стать:
1. Ни на минуту не прекращать борьбы с Германией.
2. Духовно сплотить к борьбе с Россией все общество внутри страны, включая тех, кто мог попасть под советское влияние и способствует расколу единого польского фронта.
3. Преодолеть провокационную деятельность Национально-радикального лагеря (ОНР), который своими безответственными выступлениями может нарушить единство польского фронта и тем самым нанести польскому делу столь желанный Советами вред.
4. Вывести из-под влияния Советов как можно больше польских сил, которые уже находятся в их распоряжении и используются как польская карта в международной игре.
5. В случае попытки захвата Польши начать открытую борьбу против Советов.1
Сделаю небольшое отступление: генерал Коморовский в своей телеграмме, дабы уберечь польские народные массы от коммунистической заразы, предлагал такие чудовищные меры как: безвозмездная экспроприация крупной земельной собственности, введение всеобщего образование и социального обеспечения, обобществление основных отраслей промышленного производства и создание советов коллективов предприятий. Тут, как обычно, всё просто прекрасно - пока на границе (или внутри самой страны) не появятся дивизии Красной Армии, капиталисты и их обслуга будут всеми силами отбояриваться от любых уступок "черни". Но как только жареный петух клюнет в известное место - самые ярые реакционеры нежданно-негаданно начинают предлагать такое, от чего маршал Пилсудский, без сомнений, переворачивается в гробу.
Если бы ситуация повернулась по-другому, и Польшу освобождали респектабельные буржуазные джентльмены из числа англичан или американцев - нет сомнений, таких крамольных мыслей у генерала бы не возникло.

Стоит заметить, что в польском руководстве были люди, испытывавшие скепсис по поводу запланированной акции - например, верховный главнокомандующий К. Соснковский, который писал Коморовскому 28 и 29 июля соответственно:
Перед лицом советской политики свершившихся фактов и произвола вооруженное восстание было бы действием, лишенным политического смысла, и могло бы привести к ненужным жертвам.2

Не сомневаюсь, что полномочный представитель Правительства примет ваш план действий, представленный в депеше за номером 1420 от 22 июля, и в особенности заключения по общественно-политической части. Борьба с немцами должна быть продолжена операцией «Буря». Однако в нынешних условиях я категорически возражаю против всеобщего восстания, исторический
смысл которого в конечном итоге должен свестись к замене одной оккупации на другую.
Ваша оценка немецкой ситуации должна быть очень взвешенной и реалистичной. Ошибка в этом вопросе может стоить очень дорого. Необходимо одновременно сплотить все политические, моральные и физические силы для противодействия аннексионным планам Москвы.3
Но генерал Тадеуш Коморовский не стал слушать Казимежа Соснковского - что он понимает в своём Лондоне! И результат не замедлил сказаться - уповавший на "дружественных нам союзников" уже 6 августа вопиёт:
Утверждаю, что Варшава в своей нынешней борьбе не получает помощи от союзников так же, как не получала ее Польша в 1939 г. Нынешний итог отношений нашего союзничества с Британией — оказанная нами в 1940 г. помощь им в отпоре немецких атак на острова, в сражениях в Норвегии, Африке, Италии и на восточном фронте.
Требуем, чтобы на эти факты было ясным образом указано англичанам в официальном выступлении и подтверждено документом. Мы не просим материальной] помощи, а требуем безотлагательно предоставить ее нам. Требуем также прекратить передачу по радио сведений о наших трудностях, так как это нам вредит.4
Стоит заметить: цели восстания были настолько очевидны, что о них прямым текстом говорили и рядовые повстанцы (что особенно показательно - как те, что оказались в немецком плену, так и те, что перешли на территорию, контролируемую советскими войсками:
Были планы полностью разоружить немецких солдат и показать всему миру, что Польша находится не в руках немцев или русских, а в руках поляков и что польская армия готова к борьбе. Если бы этот план удался, можно было бы политическим путем вынудить русских признать свободную Польшу во главе с руководителем правительства в эмиграции — Миколайчиком.5
В свете последних событий офицерам и солдатам АК стало ясно, что восстание генерала Бур имело исключительно политический, демонстративный характер. «Это не было военное восстание» (из показаний офицера АК подпоручика Зигмунд).6
Причины остановки Красной Армии

В журнале боевых действий 2-й Танковой Армии от 1 августа записано:
1-е августа 1944 г. Противник обнаружив угрозу с юга нашей крупной танковой группировки против Прага и Варшава, принимает срочные меры по организации обороны Варшавского укрепленного района, усиливает этот участок новыми частями, в основном танковыми.
2 ТА к 2 августа оказалась перед сильной танковой группировкой с севера, северо-востока, северо-запада и запада. Натолкнувшись на Варшавский узел обороны, Армия снизила темп наступления, а условия местности, с запада крупная водная преграда р. Висла и крупные группировки противника с востока, севера и запада - лишили возможности маневра на фланги или в тыл противнику.
Коммуникации Армии были очень растянуты и не обеспечены надежной охраной.
Командарм принял решение: "Армию собрать в кулак и временно, до подхода пехоты, перейти к круговой обороне, прочно удерживая пути и подступы к Варшава с северо-востока и востока".7
Иначе говоря, уперевшись в укреплённые рубежи, ввиду угрозы фланговых контрударов, наши части перешли к обороне. Это обычное решение для любого маневренного сражения в определённой его фазе. Фигурирует ли вообще мотив Варшавского восстания в изложенной мотивации остановки наступления? Нет, не фигурирует. Приказал ли остановиться войскам Сталин из Москвы (зловеще хохоча)? Нет, это инициатива командующего армией, вызванная оперативной обстановкой.

Но, быть может, большевики в секретных документах врут касаемо своих мотивов? Возможно, они могли бы с необычайной легкостью уничтожить подтянутые немцами резервы? Что ж, давайте оценим ожесточённость боёв, взглянув на динамику потерь: с 20.7.44 по 31.7.44 2-я танковая армия понесла следующие потери: убито 582, ранено 1581, пропало без вести 52 человека8. Но к 5 августа потери существенно выросли: с 20 июля по 5 августа 1944 г. безвозвратные потери составили 1165 человек, санитарные - 3103 человека9. Таким образом, с 20 по 31 июля армия потеряла 634 человека безвозвратно (58 чел./сутки), то с 1 по 5 августа безвозвратные потери составили 531 человека (106 чел./сутки). Налицо рост удельных потерь почти вдвое, хотя, казалось бы, произошёл переход от наступления (с боями) к обороне. Почему же потери возросли? Всё очень просто - на 2 Танковую Армию обрушился серьёзный удар немецких соединений, из-за чего наши войска даже были вынуждены отойти на некоторых направлениях:
2-е августа 1944 г. В течение 2-го августа противник частями 3 ТД СС "Мертвая голова", 5 ТД СС "Викинг", ТД "Герман Геринг" продолжал атаку силой 15-20 танков с пехотой из районов: Станиславув 10-15 танков и батальон пехоты, лес сев. Радзымин 15-20 танков и до батальона пехоты, Чарна Струга 20-25 танков с автоматчиками, Марки 10-15 танков. В результате упорного боя, ценой больших потерь, противник к исходу дня овладел Радзымин, Надма.10
В результате последовавших боёв часть сил 3-го Танкового корпуса попала в окружение:
2-я танковая армия 3.8.44 г. 3-м тк и частью сил 8-го гв. тк вела бой по уничтожению танков и пехоты противника. 50-я и 51-я тбр 3-го тк вели бои с превосходящими силами противника на рубеже: Дучки, железная дорога, идущая через Воломин, Надажан, понесли большие потери и из района боевых действий не вышли, за исключением отдельных танков и 46 человек мба 50-й тбр.11
Уже 8 августа танковая армия была выведена из боя, благо на замену подошли части 47-й армии.

Советская помощь восставшим

Польские представители за рубежом развили чрезвычайно кипучую, но вместе с тем малопродуктивную деятельность по понуканию союзников оказать помощь восставшим. Американцы ссылались на сложности дальних полётов, англичане - на то, что их не предупредили о восстании, и все активно кивали в сторону СССР. По итогам англо-американской авиацией было произведено около 500 самолётов-вылетов с целью помощи польским повстанцам, при этом большая часть грузов даже не попала в Варшаву, по поводу чего К.К. Рокоссовский съязвил в донесении И.В. Сталину: "Таким образом, вместо помощи повстанцам союзники снабжают немцев." После 9 сентября вылеты англо-американских союзников к Варшаве прекратились.

Со своей стороны, советские деятели в переговорах с поляками открыто выражали недоумение по поводу того, что восстание даже не попытались согласовать и демонстрировали вполне понятный скепсис по поводу его перспектив. Тем не менее, после того, как союзники отступились, советская сторона занялась снабжением поляков:
В целях оказания помощи повстанцам в городе Варшава в период с 13.9 по 1.10.44 г. авиация фронта произвела 4821 самолетовылет, в том числе: на сбрасывание грузов — 2 435, на подавление средств ПВО противника в городе Варшава в районе сбрасывания грузов — 100, на бомбардировку и штурмовку войск противника в городе Варшава по заявкам повстанцев — 1361, на прикрытие районов, занимаемых повстанцами, и на разведку противника в интересах повстанцев — 925.
За этот же период повстанцам в городе Варшава авиацией фронта сброшено: орудий 45-мм — 1, автоматов — 1478, минометов 50-мм — 156, противотанковых ружей — 505, винтовок русских — 170, винтовок немецких — 350, карабинов — 669, снарядов 45-мм — 300, мин 50-мм — 37 216, патронов ПТР — 57 640, патронов винтовочных — 1 312 600, патронов ТТ — 1 360 984, патронов 7,7-мм — 75 000, патронов «маузер» — 260 600, патронов «парабеллум» — 312 760, ручных гранат — 18 428, ручных гранат немецких — 18 270, медикаментов — 515 кг, телефонных аппаратов — 10, коммутаторов телефонных — 1, элементов телефонных — 10, батарей «Бас-80» — 22, телефонного кабеля — 9600 м, продовольствия разного — 131 221 кг.12
Эта помощь была замечена командованией Армии Крайовой, генерал Коморовский 15 сентября писал:
Маршал Рокоссовский. Благодарим за прикрытие с воздуха, сбросы боеприпасов, оружия и продовольствия. Просим продолжать сбросы. Нам необходимы немецкие боеприпасы для пулеметов и 9-мм калибра. Сегодня высылаем в Прагу наших офицеров связи. Ген[ерал] Бор13
Заметили помощь и не про-лондонски настроенные поляки, также сражавшиеся в Варшаве:
От имени соединенных вооруженных сил Армии Людовой, Польской Армии Людовой и Корпуса безопасности, как и всего борющегося населения Варшавы, передаю Вам благодарность за оказанную восстанию помощь в форме сбросов оружия, а прежде всего через непосредственное участие Красной армии в нашей борьбе.14
В результате советского снабжения даже к моменту капитуляции восставших, в целом, обеспечены они были очень неплохо:
В конце сентября повстанцы располагали достаточным количеством винтовок, имелись боеприпасы. Советская авиация сбросила значительное количество минометов, автоматов, ПТР и очень много ручных гранат. Ощущалась только в некоторой степени нехватка РП и станковых пулеметов.15
Результаты восстания

Начальник оперативного отдела Главного командования АК отметил, что с военной точки зрения восстание проиграло, едва начавшись:
2 августа поступила первая оперативная сводка от Монтера. Она констатировала, что территория Варшавы была взята под контроль, но не были уничтожены немецкие силы в отдельных зданиях, которые временно дезориентированы, закрылись, но они способны действовать. Монтер информировал о строительстве баррикад и энтузиазме населения. Принципиально борьбу мы проиграли. Момент неожиданности не принес эффекта. Уничтожение живой силы врага могло осуществляться путем систематического отбивания отдельных объектов, для чего не хватало оружия. Я сознавал, что сейчас единственным спасением может стать Красная армия.16
Однако энтузиазм и стойкость рядовых участников продлил безнадёжную борьбу, тем более что немцы не могли бросить против восставших регулярные войска - все они были заняты на фронте. В результате в бой против поляков пошёл откровенный сброд вроде сводной части из бригады Каминского, полка карателей Дирлевангера, 572-го казачьего батальона и т.д. Тем не менее, 2 октября генерал Коморовский подписал капитуляцию, особо оговорив для членов АК статус военнопленных. Офицерам, изъявлявшим желание перейти на сторону Красной Армии, было запрещено это делать, всё оружие и склады были сданы немцам при капитуляции.

Потери поляков трудно поддаются учёту, оценки доходят до 20 тысяч убитых постанцев и до 200 тысяч погибших гражданских.

Происхождение версии о "преднамеренной остановке" РККА перед Варшавой

Ещё 8 сентября, за три недели до сдачи, на заседании Крайовой рады господа министры констатировали, что капитуляция неизбежна, пора заканчивать балаган и расходиться. Обсудив, кто пойдёт сдаваться, а кто перейдёт в подполье, задались традиционным вопросом "кто виноват" - или, точнее, кого нужно объявить виноватым в публичной версии:
Далее обсуждались методика проведения польской пропаганды в связи с возможным прекращением восстания. В связи с этим указывалось, что в пропаганде следует подчеркивать вес политического капитала, который восстание принесло польскому делу, а ответственность за его падение в пропаганде внутри страны следует возложить главным образом на Россию, которая обладала всеми возможностями оказания помощи, а также на Комитет освобождения. В зарубежной пропаганде следует возложить ответственность на Россию и западных союзников.17
Некоторые выводы

Во-первых, в высшем руководстве Польши не нашлось толковых штабистов для анализа военной обстановки, толковых командиров для руководства восстанием, толковых политиков для выработки реалистичной линии поведения.
Во-вторых, рядовой состав, простые трудящиеся поляки в массе честно и храбро сражались с немцами.
Во-третьих, конкретно этот исторический пример нам показывает, что в кризисной ситуации не стоит уповать на буржуазных политиков в смысле наличия у них "хитрого плана". План-то такой, быть может, и есть, только учитывать он будет не интересы народа, а узко-классовые интересы правящей верхушки, притом без оглядки на реальные обстоятельства.
В-четвертых, ни одно доброе дело не остаётся безнаказанным. Как бы вы не помогали буржуазным деятелям - в вашу сторону плюнут и скажут, что вы сделали недостаточно.


1 Шифротелеграмма командующего армией крайовой генерала Т. Бур-Коморовского, "Советский Союз и польское военно-политическое подполье. Том 2 Часть 1", стр. 63-64
2 Шифротелeграмма верховного главнокомандующего польскими Силами Збройными К. Соснковского, 28 июля 1944 г., "Советский Союз и польское военно-политическое подполье. Том 2 Часть 1", стр. 90
3 Шифротелеграмма верховного главнокомандующего польскими Силами Збройными К. Соснковского, 29 июля 1944 г., "Советский Союз и польское военно-политическое подполье. Том 2 Часть 1", стр. 93
4 Шифротелеграмма командующего Армией Крайовой Т. Бур-Коморовского, 6 августа 1944 г., "Советский Союз и польское военно-политическое подполье. Том 2 Часть 1", стр 128
5 Показания повстанца М. Голембиовского полиции г. Варшавы о численности отрядов Армии Крайовой в районе Жолибож, их вооружении и организации, 22 августа 1944 г., "Советский Союз и польское военно-политическое подполье. Том 2 Часть 1", стр 128
6 Доклад представителя Генерального Штаба Красной Армии при командовании 1-й армии Войска Польского Н.М. Молоткова, 3 октября, "Советский Союз и польское военно-политическое подполье. Том 2 Часть 1", стр. 613
7 Журнал боевых действий 2 ТА (ЦАМО, Ф. 307, Оп. 4148, Д. 1, Л. 27)
8 Донесение начальника штаба 2-й танковой армии И.Н. Базанова, 2 августа 1944 г., "Советский Союз и польское военно-политическое подполье. Том 2 Часть 1", стр. 105
9 Донесение о потерях личного состава частей и соединений 2 ТА с 20 июля по 5 августа 1944 г., "Советский Союз и польское военно-политическое подполье. Том 2 Часть 1", стр. 166
10 Журнал боевых действий 2 ТА (ЦАМО, Ф. 307, Оп. 4148, Д. 1, Л. 30)
11 Боевое донесение штаба 2-й танковой армии начальнику штаба 1-го Белорусского фронта о наступлении противника на направлениях Радзымин, Окунев (5 августа 1944 г.), "Русский архив: Великая Отечественная. Т. 14 (3-1). СССР и Польша: 1941–1945. К истории военного союза. Документы и материалы" (электронная версия), стр. 233
12 Донесение командования 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему И.В. сталину о помощи повстанцам варшавы за период с 13 сентября по 1 октября 1944 г., 2 октября 1944 г., "Советский Союз и польское военно-политическое подполье. Том 2 Часть 1", стр. 559
13 Шифротелеграмма командующего Армией Крайовой Т. Бур-Коморовского, 15 сентября 1944 г., "Советский Союз и польское военно-политическое подполье. Том 2 Часть 1", стр. 320
14 Письмо генерала дивизии Ю. Скоковского И.В. Сталину с благодарностью за оказанную помощь восстанию в г. Варшаве, Не ранее 2 октября 1944 г, "Советский Союз и польское военно-политическое подполье. Том 2 Часть 1", стр. 621
15 Из сообщения группы повстанцев о военной обстановке в городе в конце сентября, общей их численности и вооруженности, о политических группировках и отношениях между ними, о политических настроениях, подготовке и организации капитуляции, 7 октября 1944 г., "Советский Союз и польское военно-политическое подполье. Том 2 Часть 1", стр. 659
16 Из собственноручных показаний участника Варшавского восстания Ю. Шостака (начальник III (Оперативного) отдела Главного командования АК) о ходе восстания, "Советский Союз и польское военно-политическое подполье. Том 2 Часть 1", стр. 729
17 Протокол заседания Крайовой рады министров 8 сентября 1944 г., "Советский Союз и польское военно-политическое подполье. Том 2 Часть 1", стр. 285


Бонусы
Ролик с анализом военного аспекта Варшавского восстания от А.В. Исаева
Статья о боевых действиях Красной Армии под Варшавой от А.А. Уланова
Tags: Выжимки, Историческая литература
Subscribe

  • Заметки на полях: материнский (?) капитал

    В связи с известной темой за последние дни в интернетах (и не только) драматически возросло количество высказываемых мнений по поводу так называемого…

  • О предназначении дорог

    В 80-90-е из каждого утюга вопрошали: "зачем нужна дорога, если она не ведёт к храму?" Однако наше время требует более глубокой рефлексии,…

  • Об идеализме, неравенстве и выборах

    Приобщился к труду В.И. Ленина "Материализм и эмпириокритицизм". Ожидал, что читаться будет трудно - ничего подобного, написано на удивление…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments