December 2nd, 2017

Европейские традиции

Начиная с фон Браухича и кончая самым последним пехотинцем, вермахт состоял из людей, которые верили Адольфу Гитлеру, разделяли его идеологию и его методы. Например, ещё за 3 дня до того, как Гитлер обратился к высшему командованию, фон Браухич говорил с офицерами штаба 18-й армии, высказав примерно те же самые мысли, что и фюрер. Он предупредил офицеров, что предстоящую войну следует рассматривать, как "борьбу между двумя различными расами и действовать с необходимой жестокостью". Это слышали очень многие, например, начальник штаба III корпуса полковник Эрнст Феликс Фекенштадт, который ещё несколько месяцев назад отметил: "Отношение германских солдат к евреям не обсуждается. Все, до последнего человека, твёрдо верят, что нельзя допустить смешения рас, и в один из дней они будут полностью убраны с германского жизненного пространства". Старшие командиры вроде Германа Гота, Эриха фон Манштейна, Вальтера фон Рейхенау, Карла-Генриха фон Штюльпнагеля издали свои собственные приказы, поддерживая идеологию фашистского крестового похода и требуя применения драконовских мер против коммунистов и евреев. Приказ Гота особо подчеркивал, что "уничтожение тех евреев, которые поддерживают большевиков, а также партизан, является мерой самосохранения". Такое отношение распространялось вниз до самых мелких подразделений. Командир 12-й пехотной дивизии воодушевлял своих офицеров: "Пленные позади линии фронта... расстрел, как общий принцип". Командир XLVII танкового корпуса из состава 2-й Танковой Группы дает свидетельство из первых рук о "бессмысленных расстрелах пленных и гражданских лиц" в первые недели наступления, которые были совсем неудивительны, учитывая заявления командования. Они создавали отношение, которое лучше всего иллюстрирует письмо домой танкиста 7-й танковой дивизии: "Битва против этих недочеловеков, которых евреи довели до бешенства, не только необходима, но и становится знамением времени. Наш фюрер спасет Европу от хаоса"...
Модель наверняка не испытывал никаких моральных терзаний относительно нападения Третьего Рейха на страну, с которой Гитлер 2 года назад подписал пакт о ненападении. Накануне вторжения молоденький лейтенант из 3-го полка мотопехоты спросил командира дивизии, как он должен объяснить такое нападение своим солдатам. Модель ответил: "Вы должны спокойно объяснить, что нам требуется продовольствие для затяжной войны против Англии, и мы должны получить его прямо сейчас".
"Пожарник Гитлера - фельдмаршал Модель", С. Ньютон, стр. 153-155

Тут есть важная поправка: дело, конечно же, не в том, что немцы "верили" Гитлеру. Может быть, такую формулировку можно допустить применительно к рядовому составу, но фон Браухич, фон Рейхенау, Кейтель - это не зелёные пацаны, воспитанные в гитлерюгенде, это люди, которым уже под 60, их не проймёшь пылкими речами, их мировоззрение сложилось, когда Гитлер был никому не известным маргиналом. И надо же как удачно совпало - их мировоззрение точно такое же, как у фанатика расовой теории. К чему бы это? Может быть, национал-социализм был логичным продолжением всей истории Европы - той самой Белой Европы, с многократно воспетым бременем белого человека, представители которой несли "культуру" и "цивилизацию" благодарным народам Америки, Африки, Индии - далее везде? Конечно, в процессе многие народы извели под корень, но что поделаешь, они просто оказались недостаточно полезны ("Тасманийцы были бесполезны и все умерли" (с) Джон Хэммонд). Ну а в 1941-м по мнению объединённой Европы пришла наша очередь цивилизоваться, пополнив компанию индейцев, тасманийцев и негров, но тут выяснилось неожиданное: наглые коммунистические варвары коварно создали промышленность, подло построили армию и цинично надавали по шеям любителям порассуждать про арийское превосходство над недочеловеками. Самое ужасное, что победу над "чистыми" немцами одержал интернационал из самых разных народов СССР. Неловко получилось, многим современным деятелям за своих предках до сих пор стыдно - как же, культурную нацию обидели.